На специальном заседании английского кабинета, проходившем в узком составе под председательством Черчилля, было решено продолжать беседы с Гессом и поручить это лорду-канцлеру Джону Саймону. Снова выбор пал на человека, известного в Англии своими прогерманскими настроениями.

9 июня на вилле Мишет-Плейз, куда Гесса перевели из Та­уэра, произошла встреча между ним и двумя уполномоченны­ми английского правительства. Она происходила в обстановке еще большей секретности. Как видно из стенограммы пере­говоров (а стенографами и переводчиками были офицеры сек­ретной службы), один из английских уполномоченных назвал себя «доктором Гутри» (Дж. Саймон), а другой — «доктором Маккензи» (Л. Киркпатрик); Гесс фигурировал как «госпо­дин У».

После взаимного представления Саймон, обращаясь к Гессу, заявил: «Я, доктор Гутри, облечен полномочиями правитель­ства и буду очень рад выслушать Вас и обсудить с Вами... все, что Вы пожелаете заявить».

Саймон поставил следующий вопрос: являются ли приве­зенные Гессом предложения сугубо личными, или их поддер­живают влиятельные круги Германии? Гесс ответил^ что он излагает взгляды Гитлера и других ведущих деятелей Герма­нии . В документе, переданном Гессом Саймону, перечисля­лись четыре условия. При их принятии Англией Гитлер, по словам Гесса, готов был пойти на мир с ней. Они гласили: «1) Чтобы воспрепятствовать возникновению новых войн, между державами «оси» и Англией должно быть проведено разграни­чение сфер интересов. Сферой интересов «оси» должна быть Европа, сферой интересов Англии — ее империя, 2) возвраще­ние Германии ее колоний, 3) возмещение германским гражда­нам, которые жили в Британской империи до или во время вой­ны, ущерба, причиненного их имуществу или жизни мероприя­

76

тиями правительства в империи или такими действиями, как грабеж, беспорядки и т. д. Германия обязуется обеспечить на равных условиях возмещение ущерба британским подданным, 4) заключение перемирия и мира с Италией».

Если сопоставить условия мира с Англией, изложенные Гессом, с условиями мира с Англией, выставленными ранее Гитлером, то станет ясно, что они почти совпадали. В самом деле, вскоре после разгрома английских войск под Дюнкерком Гитлер, по свидетельству Риббентропа, сказал ему: «Есть только четыре пункта, на основании которых я бы хотел заключить мир с Англией». Они сводились к следующему: «Во-первых, он (Гитлер) сказал, что Германия во всех отношениях готова признать существование Британской империи, во-вторых, Ан­глия вследствие этого должна признать Германию крупнейшей державой на континенте Европы, в-третьих, он хочет получить немецкие колонии, в-четвертых, фюрер сказал, что он стремит­ся заключить с Англией длительный союз».