Польский народ, вступивший в героическую борьбу с превос­ходящими силами агрессора, преданный своими политиками и западными державами, оказался в трагическом положении.

Фашистская Германия бросила против Польши 1,6 млн сол­дат — 62 дивизии, из них 7 танковых. В их составе было 2800 танков, 6 тыс. орудий и минометов, 2000 боевых само­летов .

Польская армия смогла выставить против вермахта около 1 млн человек — 24 пехотные дивизии, 12 бригад, 4300 ору­дий, 870 танков, танкеток и бронемашин, немногим более 800 са­молетов, в основном устаревших конструкций .

Германская армия имела решающее превосходство в живой силе и технике, фашистские самолеты и танки значительно превосходили польские в качественном отношении.

Польские патриоты самоотверженно защищали родную зем­лю от немецко-фашистских полчищ. В первых рядах бойцов шли коммунисты, многие из них, подобно Павлу Марищуку, Мариану Бучеку, только что вырвались из тюрем и еще в арес­тантской одежде поспешили на фронт. Но силы в этой смер­тельной битве были слишком неравными.

Уже 5 сентября немецкие армии форсировали реку Нарев, заняли Польский коридор, вышли к Лодзи. Была захвачена промышленная Силезия, окружен Краков, а 8 сентября немец­кие танки появились у Варшавы. В середине сентября немецкие армии окружили польские силы в районе Варшавы. Самоле­ты люфтваффе — иногда более 1000 самолетов — беспощадно бомбили город.

Польскую столицу обороняли в течение 20 дней — до 28 сен­тября не только солдаты и офицеры. Оборона столицы приняла характер народной борьбы с захватчиками. Тысячи варшавян строили баррикады, противотанковые заграждения. В рядах созданной по требованию трудящихся рабочей бригады, за­щищавшей Варшаву,— она насчитывала более 6 тыс! человек — героически сражались коммунисты и социалисты.

Длительное время стойко оборонялись гарнизоны Гдыни и старинной крепости Модлин, гарнизон полуострова Хель и ряда других городов и крепостей. Однако потери польской армии были невосполнимы. За короткий срок они составили 123 тыс. человек убитыми. Неотвратимо близилась ката­строфа.

На польской земле шла отчаянная борьба ее патриотов с захватчиками, а правительство во главе с президентом Мосьцицким и премьером Славой-Складковским 6 сентября тайно покинуло Варшаву и укрылось в Люблине. Позорно бежал от армии верховный главнокомандующий маршал Рыдз-Смиглы.

17 сентября польское правительство, оставив народ и страну на произвол судьбы, бежало в Румынию, где члены его, по тре­бованию Германии, были интернированы румынскими вла­стями.

Причинами сентябрьской катастрофы явились не только военное превосходство немецко-фашистских войск, роковые просчеты высшего польского командования, но и антинацио­нальная политика руководителей буржуазно-помещичьей Польши.

Отвергнув в канун войны сотрудничество и союз с СССР — единственную гарантию безопасности и независимости Поль­ши, польские правители вели губительную линию, направлен­ную на сговор с Гитлером. Польские политики и военные гото­вились к войне против СССР, а не против их реального врага — фашистской Германии.

По поручению польского правительства посол в Москве Гжибовский И мая 1939 г. сделал заявление, являвшееся отве­том на предложение Советского правительства: «Польша не считает возможным заключение пакта о взаимопомощи с СССР».

Советский Союз, несмотря на враждебную политику по отношению к нему буржуазно-помещичьего правительства Польши, «предпринял шаги к оказанию помощи своему соседу, попавшему в столь трудное положение». В первые дни войны состоялась встреча между министром иностранных дел Польши Беком и советским послом в Варшаве Н. Шароновым. Во время беседы выяснилось, что СССР готов предоставить Польше воз­можность закупать у него «крайне необходимые ей товары». Предложение не было принято.

Антикоммунизм ослеплял польских политиков.

Сентябрьская катастрофа Польши была расплатой за ан­тинародную, антисоветскую внешнюю политику, которую про­водили на протяжении всего межвоенного периода ее реакцион­ные правители .

Анализируя причины сентябрьской катастрофы, можно сде­лать и следующий вывод: буржуазная Польша была для полити­ков Англии и Франции пешкой в их циничной игре, направ­ленной на то, чтобы вермахт, быстро покорив эту страну, столк­нулся с Красной Армией.

Советский полпред в Лондоне И. М. Майский отмечал в то время: «Англии и Франции как-нибудь удастся помириться с Германией и в конце концов все-таки двинуть Гитлера на Восток, против Советского Союза».

Те же намерения были и у правительства США. Прези­дент США Л. Джонсон признавал в 1963 г.: «Соединенные Штаты, Англия и Франция могли бы не допустить разгрома Польши, если бы была общая решимость остановить агрессию».

* * *

Приближение гитлеровской армии к границам СССР создавало прямую угрозу для Советской страны. Советское правительство в условиях краха польского буржуазного режима не могло допустить, чтобы население Западной Украины и Западной Белоруссии, насильственно отторгнутых от Советской Родины в 1920 г., попало под фашистское иго и на этих, территориях был создан плацдарм для нападения на СССР.

17 сентября 1939 г. Красная Армия вступила на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии, где на площади 190 тыс. квадратных километров проживало более 6 млн украин­цев и 3 млн белорусов, и взяла под защиту жизнь и имущество населения . Вскоре здесь были проведены демократические выборы в Народные собрания. Они провозгласили Советскую власть и обратились в Верховный Совет СССР с ходатайством о воссоединении Западной Украины и Западной Белоруссии с Украинской и Белорусской Советскими Социалистическими Республиками. Эта просьба была удовлетворена в начале нояб­ря 1939 г.